?

Log in

No account? Create an account

Пастернак. ВЕСНА

Весна, я с улицы, где тополь удивлен,
Где даль пугается, где дом упасть боится,
Где воздух синь, как узелок с бельем
У выписавшегося из больницы.

Где вечер пуст, как прерванный рассказ,
Оставленный звездой без продолженья
К недоуменью тысяч шумных глаз,
Бездонных и лишенных выраженья.

1918
На протяженье многих зим
Я помню дни солнцеворота,
И каждый был неповторим
И повторялся вновь без счета.

И целая их череда
Составилась мало-помалу -
Тех дней единственных, когда
Нам кажется, что время стало.

Я помню их наперечет:
Зима подходит к середине,
Дороги мокнут, с крыш течет
И солнце греется на льдине.

И любящие, как во сне,
Друг к другу тянутся поспешней,
И на деревьях в вышине
Потеют от тепла скворешни.

И полусонным стрелкам лень
Ворочаться на циферблате,
И дольше века длится день,
И не кончается объятье.

1959

Мандельштам

Только детские книги читать,
Только детские думы лелеять,
Все большое далеко развеять,
Из глубокой печали восстать.

Я от жизни смертельно устал,
Ничего от нее не приемлю,
Но люблю мою бедную землю
Оттого, что иной не видал.

Я качался в далеком саду
На простой деревянной качели,
И высокие темные ели
Вспоминаю в туманном бреду.

1908
Год назад мы были в Париже. И была почти весна. Не слишком удачные фотки, но зато ambiance вполне себе понятен:


"Попав сюда впервые, теряешься: уж очень это странно - ты в Париже. Всё равно что оказаться в кино, на плакате или в гостях у литературного героя. Сначала ищешь в толпе профиль Денёв, заглядываешь в Лувр и рассматриваешь Эйфелеву башню - даже как-то неприлично, что она в самом деле существует. Потом начинаешь привыкать: в голове умолкает Эдит Пиаф, а метро перестает казаться декорациями к Подземке". В конце концов отношения с городом складываются совсем домашние - на улицу выходишь в тапочках, в кармане всегда держишь мелочь на кофе, а ужинаешь в ресторанчике на первом этаже: знакомый хозяин, хорошее вино - зачем ещё куда-то тащиться? Маленькие кинотеатры, в которых показывают фильмы прошлого века, двухметровые арабы на роликах, странные обитатели Булонского леса, сюрреалистический Дефанс складываются в уютную картину мира, которая, однажды отпечатавшись в подсознании, остается там навсегда. Со временем Париж вообще перестаешь воспринимать как чужую территорию: это такое же понятное пространство, как, скажем, Замоскворечье или Петроградская сторона. В этом городе надо просто жить..." из журнала ana_lee

Пастернак

Быть знаменитым некрасиво.
Не это подымает ввысь.
Не надо заводить архива,
Над рукописями трястись.

Цель творчества - самоотдача,
А не шумиха, не успех.
Позорно, ничего не знача,
Быть притчей на устах у всех.

Но надо жить без самозванства,
Так жить, чтобы в конце концов
Привлечь к себе любовь пространства,
Услышать будущего зов.

И надо оставлять пробелы
В судьбе, а не среди бумаг,
Места и главы жизни целой
Отчеркивая на полях.

И окунаться в неизвестность,
И прятать в ней свои шаги,
Как прячется в тумане местность,
Когда в ней не видать ни зги.

Другие по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь,
Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать.

И должен ни единой долькой
Не отступаться от лица,
Но быть живым, живым и только,
Живым и только до конца.

1956

Пастернак. Зазимки

Открыли дверь, и в кухню паром
Вкатился воздух со двора,
И всё мгновенно стало старым,
Как в детстве в те же вечера.

Сухая, тихая погода.
На улице, шагах в пяти,
Стоит, стыдясь, зима у входа
И не решается войти.

Зима, и всё опять впервые.
В седые дали ноября
Уходят ветлы, как слепые
Без палки и поводыря.

Во льду река и мерзлый тальник,
А поперек, на голый лед,
Как зеркало на подзеркальник,
Поставлен черный небосвод.

Пред ним стоит на перекрестке,
Который полузанесло,
Береза со звездой в прическе
И смотрится в его стекло.

Она подозревает втайне,
Что чудесами в решете
Полна зима на даче крайней,
Как у нее на высоте.

1944
Зимняя ночь

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.

И падали два башмачка
Со стуком на пол.
И воск слезами с ночника
На платье капал.

И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.

Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
Впервые за долгое время по-настоящему отдохнула. Кажется начинаю приходить в себя после неспокойного года. Природа, русская баня - как раз то, что нужно осенью. А мои золотые друзья нужны всегда, независимо от времени года)
Кусочек трофейного стихотворения. Автор неизвестен (мне):
Мы живем упиваясь осенним теплом,
Подбирая сухие плоды -
И приемлем душой переход, перелом
В коем нет ощущенья беды.
Мы живем принимая дары октября,
И не ропщем, и нежно храним
Память лета которое было не зря,
Как и все, что приходит за ним.

Фореста Фестиваль Парк






July 2008, Turkey, Fethiye


Letoonia отель
Бассейн 1
Яхточки
Мои любимые
Letoonia отель Яхточки
Letoonia
Домики на горе. Отель-полуостров
Letoonia
Лестница
Letoonia Letoonia
Letoonia
Бассейн 2
Letoonia
Он же, ночью
Letoonia Letoonia
Вид из окна
Закат
Вид из окна Закат
Яхточкя
Ну какая красавица!
Море
Без комментариев:)
Яхточкя Море
Это я
Дле тех, кто давно не видел и соскучился:) Купалась я 2 раза в день: с завтрака до обеда и с обеда до ужина
Шторм
Вот уж не думала, что в Турции в июле может быть шторм
Это я Шторм
Шторм
И я. И волны, и ветер и дождь
Шторм
Температура опустилась до +29. Мы замерзли. На противоположном берегу началась песчаная буря
Шторм Шторм
Гроза
Правда, на горизонте. Но таких молний я в жизни не видела!
Letoonia
Чудесный мягкий утренний свет
Гроза Letoonia
Letoonia
Нереальное время - 6 утра. Никого нет. И нас тоже почти нет ( в день отъезда:(((
Letoonia
Кажется, что это вообще все приснилось
Letoonia Letoonia
Letoonia
Хочется вернуться
Letoonia

My Way by Frank Sinatra

Co-written by Paul Anka & Frank Sinatra

And now, the end is near, and so I face, the final curtain.
My friend, I'll say it clear,
I'll state my case, of which I'm certain.
I've lived, a life that's full, I've traveled each and every highway.
And more, much more than this,
I did it my way.

Regrets, I've had a few, but then again, too few to mention.
I did, what I had to do, and saw it through, without exemption.
I planned, each charted course, each careful step, along the byway,
and more, much more than this,
I did it my way.

Yes, there were times, I'm sure you knew,
When I bit off, more than I could chew.
But through it all, when there was doubt,
I ate it up, and spit it out.
I faced it all, and I stood tall,
and did it my way.

I've loved, I've laughed and cried,
I've had my fill; my share of losing.
And now, as tears subside, I find it all so amusing.
To think, I did all that, and may I say --- not in a shy way,
"Oh no, oh no not me,
I did it my way".

For what is a man, what has he got?
If not himself, then he has naught.
To say the things, he truly feels,
And not the words, of one who kneels.
The record shows, I took the blows ---
And did it my way!

I did it my way.